Закрыть
kjfsdljfljksdf sdfbs dfjh sdh
Задайте вопрос
специалисту
Агентство недвижимости Адвекс

Риэлтор не должен быть «волком-одиночкой»

22.10.2013

Риэлтор не должен быть «волком-одиночкой»


 Риэлтор не должен быть «волком-одиночкой» 
 «Адвекс. Недвижимость» – компания, стоявшая у истоков рынка недвижимости Петербурга и России, – в этом году отмечает 20-летний юбилей. О профессии риэлтора и его ответственности перед потребителем корреспондент БН беседует с президентом корпорации «Адвекс. Недвижимость» Александром Романенко. 
– Александр Юрьевич, в двадцатилетнем послужном списке у «Адвекс. Недвижимость» огромное количество наград. Что нужно для того, чтобы компания была признана лучшей на рынке? Совершить больше всех сделок? Как вообще на рынке недвижимости каждый год выбирают лучшего?
– Количество сделок, конечно, играет роль. Однако не одним этим измеряется профессионализм риэлтора. Когда рынок только начинался, у нас в Петербурге была всего одна ежегодная премия для профессионалов – «Лучшая брокерская компания на рынке недвижимости Санкт-Петербурга». Одна премия и одна-единственная номинация. И именно «Адвекс» первым ее получил. А сейчас разыгрывается около двух десятков различных номинаций среди риэлторских компаний. В какой-то степени, может быть, это правильно. Но, на мой взгляд, большое количество премий, номинаций понижает ценность присуждаемого звания «лучшего на рынке».
В основу конкурса «КАИССА» в Петербурге и конкурса «Профессиональное признание» в Москве заложены схожие принципы, одинаковая система критериев и баллов, по которым выявляется лауреат. Компания-претендент оценивается не только по числу сделок. Тем более что как раз этот критерий достаточно субъективный, с большой долей достоверности проверить факт невозможно. Рассматривается и количество претензий, жалоб в общество потребителей или комитет по этике, принимаются во внимание программы и методики профессионального обучения молодых сотрудников компании, учитывается, какое количество агентов имеют профессиональные сертификаты.
Эта система работает уже более 15 лет, то есть уже достаточно обкатана, и жюри удается быть вполне объективным. Тем не менее – из-за того что со временем увеличивалось количество номинаций – ценность награды, как я уже сказал, снизилась. У нас сегодня практически все компании Ассоциации риэлторов Санкт-Петербурга имеют те или иные награды.

– Компаний, которые не только позиционируют себя брокерами, но и заявляют о таком направлении деятельности, как профессиональная подготовка кадров, рекламируют свои учебные центры, – таких, наверное, можно перечесть по пальцам одной руки...
– Да, это «Адвекс», «Итака», «Экотон», «Александр Недвижимость» и «Петербургская недвижимость».

– Почему всем остальным это не нужно? Они не имеют учебных центров, но это не мешает им время от времени получать те же статуэтки, символизирующие профессиональное признание? Быть может, продавать недвижимость должны одни, а образованием заниматься другие, специализированные, учреждения?
– Здесь дело не в том, что одни считают нужным содержать учебные центры, а другие нет. Просто учебный центр могут позволить себе только крупные компании. Чтобы такой центр функционировал и давал эффект, нужно приглашать преподавателей, лекторов и набирать большой штат агентов – собственно слушателей, учащихся. Кто может себе это позволить, те имеют образовательные подразделения.
А сотрудники маленьких компаний могут учиться в Институте недвижимости, созданном, кстати, по инициативе «Адвекса» и «РОССТРО». Там тоже читают профессиональные преподаватели, и можно пройти курсы по подготовке в области брокерской деятельности.

– Так может, и крупным компаниям посылать сотрудников в этот институт, вместо того чтобы содержать в штате преподавателей?
– Школа «Адвекса», по сути, является филиалом Института недвижимости. Нам просто так удобно – у нас 15 филиалов, есть нужные площади, и мы читаем лекции в своих учебных классах.
Что же касается других компаний, то им удобнее иметь свои учебные центры, для того чтобы подготавливать кадры в соответствии со своей корпоративной этикой. Они могут иметь собственные ноу-хау, какие-то знания, которые хотят передавать только своим сотрудникам. Ну и нельзя забывать об экономической составляющей – кому-то, возможно, выгоднее обучать у себя, чем посылать в Институт недвижимости.

– А каково соотношение агентов, работающих в небольших компаниях, к агентам крупнейших агентств?
– Если в крупных петербургских компаниях работает примерно по полторы тысячи агентов, а всего в Петербурге официально зарегистрировано около пятнадцати тысяч, то получается соотношение 50/50. Но это очень приблизительно, так как я имею в виду людей, которые официально дают объявления на BN.ru и EMLS.ru.

– Но ведь еще существуют самостоятельные риэлторы. Нам известно, что некоторые агенты, получив клиента в компании, затем еще не раз оказывают ему услуги, но уже сами по себе, не под флагом того агентства, с которого все началось. Представляется, что, в самóй природе профессии заложен соблазн быть «волком-одиночкой»...
– Совершенно верно. К сожалению, у нас в стране риэлторская деятельность законодательно никак не регулируется. Все профессиональные стандарты, правила создаются общественными объединениями и затем должны выполняться теми компаниями, которые входят в эти объединения. Мы готовим специалистов и делаем все возможное, для того чтобы они с нами работали. Но действительно случается, когда агенты начинают работать самостоятельно, что противоречит заключенному с ними договору. По сути – совершают «левые сделки».
Это плохо не только с точки зрения интересов компании, которая не получает своих денег, но и с точки зрения клиента. Ведь если сделка проходит без компании, значит, та никакой ответственности не несет. И случись какая-либо неприятность, например, связанная с документами или недобросовестностью продавца, клиент остается один. Ведь агент вряд ли сможет возместить ему убытки. Чаще всего он вообще куда-то пропадает.

– Много ли сейчас сделок проводится в обход интересов агентств?
– На разных этапах развития рынка количество левых сделок изменялось, но сейчас могу уверенно сказать, что львиная доля приходится на «легальные» сделки. По крайней мере, это можно уверенно утверждать в отношении крупных компаний.
Например, в «Адвексе» проводится специальная работа, направленная на то, чтобы агенту было выгоднее совершать больше сделок вместе с компанией, а не в одиночку. Здесь и финансовая стимуляция, и различные корпоративные программы, в частности, программа «Риэлторские путешествия» – компания за свой счет устраивает поездки для агентов, чтобы они вместе учились за границей и в то же время путешествовали, отдыхали. Этим и многими другими способами мы формируем корпоративный дух. Потому что, как вы правильно заметили, соблазн стать «волком-одиночкой» в риэлторской деятельности существует, но в интересах одновременно и компании, и клиента мы формируем понимание риэлторства как бизнеса в бизнесе.

– Александр Юрьевич, пять крупнейших компаний с их семью с половиной тысячами агентов конкурируют с такой же по численности армией малых компаний плюс с неизвестным, но точно не маленьким отрядом «волков-одиночек». При этом «киты» рынка несут затраты на содержание учебных центров, корпоративные программы... Да что уж там, ведут «белую бухгалтерию». Не выгоднее ли, как многие, содержать агентство из нескольких сотрудников или вообще работать «вольным стрелком»?
– Это действительно проблема, но не стоит драматизировать ситуацию с конкуренцией, когда одним легче, другим тяжелее. Бизнесмен выбирает между высокой степенью риска и имиджем. Я горжусь тем, что за прошедшие 20 лет ни один наш клиент не пострадал. Мы провели более пятидесяти тысяч риэлторских сделок. Бывали случаи, когда люди теряли квартиры из-за мошеннических схем, которые проверить было невозможно. Это было мошенничество высочайшего уровня. Однако нам по силам дать клиенту то, что было ему обещано – просто сами покупали ему квартиру. Репутация, имидж превыше всего.
А компания из трех человек, снимающая студию с телефоном, еще больше рискует попасть в такую же мошенническую схему, зато купить квартиру пострадавшему клиенту не сможет.

– Почему нельзя решать эту проблему страхованием титула (риска утраты собственности. – БН), как во многих странах Европы, на опыт которых мы пытаемся ориентироваться?
– Страхование титула у нас в обществе не прижилось – и не работает. Поэтому люди всегда рискуют.

– Если клиенты не страхуют титул, значит, ваше агентство готово возмещать из собственных средств? Или вы сами страхуете свои ошибки?
– У нас есть специальный фонд, мы содержим его едва ли не с первых дней. Конечно, хотелось бы, чтобы защита клиентов осуществлялась легально через страхование, но наше государство не создает условий для этого. Если помните, именно мы создавали первую титульную страховую компанию и думали научить всех этому бизнесу. Мы писали правила по этой практике. Но государство поставило нас в рамки, в которых страхование такого рода могут осуществлять компании категории ААА (с уставным капиталом 500 млн руб.). Это понятно, потому что государство давало преференции крупным игрокам на рынке страхования.
А в случаях когда сделка не ипотечная, клиенты идут на страхование титула всего лишь в одном проценте случаев. Мол, с кем-то такое может случиться, но не со мной. Таким образом, мы оказались неконкурентоспособными. В результате и приходится отрабатывать каждую сделку от и до, начиная с проверки историй квартир и заканчивая сличением подписей. Словом, работа риэлтора требует немалого багажа знаний, терпения и ответственности. Все это вместе снижает риски клиента и формирует имидж профессионала рынка и компании, в которой он работает.

Источник БН.ру, 22.10.2013
Автор: Вячеслав Березниченко
Фото: Алексей Александронок

Смотрите оригинал публикации на http://www.bn.ru/articles/2013/10/22/131995.html


Возврат к списку